Сердце Джеймса Сандерленда разрывалось от пустоты после её исчезновения. Он жил в тумане боли, пока не пришло это странное письмо. Оно не имело обратного адреса, но почерк был знакомым, и оно вело в одно место — Сайлент Хилл. В нём теплилась надежда, что она ждёт его там.
Но город, в который он прибыл, был не тем, что он помнил. Воздух был густым, наполненным пеплом, а знакомые улицы исказились под давлением чего-то незримого и тяжёлого. Это было не просто запустение — это было искажение самой реальности, пропитанное тихой угрозой.
Каждый шаг вперёд был испытанием. Из тумана и ржавых стен возникали формы — иногда это были лишь тени прошлого, а иногда нечто иное, пульсирующее враждебностью и болью. Звуки шагов эхом отдавались в пустоте, смешиваясь с шепотом, который, казалось, шёл изнутри его собственного разума. Джеймс постоянно ловил себя на мысли: он сходит с ума? Эти кошмары — порождение его сознания или они так же реальны, как холод металла в его руке?
Его цель оставалась неизменной — найти её. Эта мысль была единственным якорем, удерживающим его от полного погружения в безумие этого места. Он пробирался через заброшенные здания, разгадывал мрачные загадки, оставленные городом, и отражал атаки существ, каждое из которых казалось воплощением какой-то личной вины или страха. Силы таяли, но он цеплялся за образ её лица. Чтобы спасти её, ему нужно было не просто выжить. Ему предстояло пройти через самый тёмный лабиринт — лабиринт своей собственной души и понять, какая правда скрывается за тишиной Сайлент Хилла.
